Ровно 150 лет назад Кришьян Валдемар писал: "Поговорим о милом латышам отечестве, о Курземе и Видземе. Эти земли одарены тем, чего лишены просторы России, и это — море. Море и есть тот путь, на котором народы мира добиваются богатства, чести и власти. Необъятная Россия с одной стороны, с другой стороны море… какое изобилие сулят эти места!"

Как видно, Валдемар был не просто влюбленным в водную стихию с детства (впервые он увидел море будучи школьником, в Рое), но и своеобразным идеологом. Атлантизм в нем диалектически переплетался с евразийством — Валдемар осознавал, что порты Лифляндии и Курляндии сыграют свою роль именно как транзитный ресурс гигантского материка — России.

Молодые годы Валдемар прожил в Либаве, где он впервые увидел мощь французского и британского парового военного флота. К 1857 году относится его первая работа — "О возможностях эстонцев и латышей в мореходстве", опубликованная по–немецки в дерптской газете Das Inland. В том же году статья выходит, расширенная для брошюры. Валдемар подчеркивает, что исконно–земледельческие народы, уйдя в моря, "смогут овладеть всем". Более того — "завоевать вольное… могучее, чудесное государство". Колониальные, имперские страсти бушуют в латышском пареньке!

Но именно такие пассионарии нужны России. "Господин Валдемар с блеском оправдал возложенные на него надежды", — указывает в рекомендательном письме ректору Дерптского университета генерал–губернатор Лифляндии, Эстляндии и Курляндии князь Александр Аркадьевич Суворов, внук великого полководца. В 1861 году управляющий Министерством морских дел великий князь Константин Николаевич дает Валдемару специальное, по сути разведывательное задание.

Латыш с русским паспортом детально исследует все морское побережье Германии — от Нидерландов до Мемеля. Отчет о проделанной работе идет не только в Петербург, но и публикуется в журнале "Морской сборник". Кстати, из–под пера Валдемара к тому времени уже вышла работа под серьезным и лаконичным заголовком — "Русский торговый флот".

"У нас за спиной в России живут миллионы людей, и все должны из рук в руки передавать нам товары, чтобы они по Балтийскому морю шли в западные страны", — пророчески вещал Валдемар. И тут же сокрушался — "Мы же — латыши… на удивление всей Европе все еще дремлем".

В то же время Валдемар занимался морской экспертизой в имперском масштабе. Так, он первым предложил для России концепцию тихоокеанского транзита: "Заманчивые перспективы таятся в морской торговле с Австралией и Калифорнией, а также с теми принадлежащими Перу островами Тихого океана, с которых можно вывозить в Европу в больших объемах гуано". Валдемар первым осознал громадную роль Суэцкого канала, еще недооцененного русскими мореплавателями.

Крупнейшим же вкладом Кришьяна Валдемара в развитие российского торгового флота стала программа подготовки кадров, положенная в 1867 году в основу царского закона о мореходных школах. Подобного рывка русский флот не знал со времен Петра Великого!

Интересным был выбор места мореходки в Айнажи — тамошние жители пустились вплавь до Петербурга в самое штормовое время, осенью 1864 года. Парусное судно шло не пустым — мужики везли в столицу груз картошки. Споро распродав его в Питере, внесли Валдемару, жившему на Васильевском острове, официальное пожертвование — 25 рублей. По тем временам солидная сумма! Не прошло и месяца, как в сарае Юрия Вейде начала работать "мужицкая" мореходная школа на 13 воспитанников. Обучение шло бесплатно, по–латышски и по–эстонски, экзамены же сдавали в Риге на немецком языке.

Предметы были самыми серьезными — навигация и морское право, медицина и тригонометрия, английский язык и черчение. Фактически это был курс бакалавра — в Айнажи учились 3 года. А всего до 1898 года школу окончил 2261 человек, 741 из которых стал капитаном дальнего плавания!

С 1886–го ученики шведа Христиана Даля — главы Айнажской мореходной школы — сдавали экзамены уже на русском. Хотя собственно русских среди учащихся было маловато — в 1895–1898 годах морскую специальность получили только 13 человек из 1055.

Валдемар не покладая рук работал над "клонированием" подобных заведений: всего им в России была основана 41 мореходка, из них в одной Латвии — 10! Лубэзерс и Юркалне, Дундага и Гипка, Мангали и Лиепая стали центрами подготовки кадров. Не упускал Валдемар и судостроения — в 1881 году латышам принадлежало уже 100 судов дальнего плавания.

Под эгидой "Общества для содействия российскому торговому флоту" Валдемар имел прямой выход на императорскую фамилию — ему патронировал председатель Государственного совета великий князь Константин. Кроме ежегодной дотации в 5000 рублей брат императора позволил латышу "действовать от его имени и по поручению" и выпускать собственный журнал — "Известия" общества.

В 1880 году Валдемар выполняет поистине великую работу — "Список судов российского флота", аналог знаменитого британского справочника Jane's. И продолжает стратегические разработки — прогнозы войны с Англией, возможной в связи с кризисом в отношениях России и Турции. Через газету "Московские ведомости" Валдемар обращается к россиянам: помогите морякам! И в кратчайшие сроки рождается феномен Добровольческого флота, на который собирают 5 000 000 рублей.

Увы, сейчас немногие латвийцы помнят, чьим именем названы одна из крупнейших улиц центра Риги и город в Курземе. В бывшей мореходной школе в Айнажи во время Первой республики была булочная, а в войну домик сгорел. Как бы не постигла эта судьба и всю морскую отрасль Латвии. Увы — нового Валдемара у нас на горизонте не видать…

"Вести Сегодня", № 19.

↑ Наверх