О том, кто такие бизнес–ангелы, под какие проекты они готовы давать собственные деньги и что они ждут взамен, "ДВ" поговорила с двумя авторами программы бизнес–ангелов — предпринимателями Айвой Виксной и Натальей Яковлевой, которые имеют большой опыт участия в менторских программах помощи начинающим бизнесменам.

Для начала поясним, кто такие бизнес–ангелы. Это частные неформальные инвесторы, вкладывающие свои личные средства в малоизвестные молодые предпринимательские компании или проекты. Как правило, это люди известные в бизнесе, заработавшие хорошие деньги и имеющие бесценный опыт предпринимательства. При этом их наибольшая ценность — это не только деньги, но и деловые навыки, связи и даже предпринимательское чутье, которого не может быть у начинающих бизнесменов.

Следует отметить, что в мировая тенденция свидетельствует о том, что неформальные частные инвестиции в развивающиеся или только что созданные предприятия постепенно вытесняют денежные потоки официального венчурного капитала. Только в Соединенных Штатах Америки в 2000 году бизнес–ангелы, по оценкам экспертов, заключили 50 000 сделок на общую сумму 40 млрд. долл. В Европейском союзе инвестиционный пул по крайней мере одного миллиона потенциальных бизнес–ангелов составляет 10–20 млрд. евро. В среднем бизнес–ангелы ежегодно финансируют в 30–40 раз больше начинающих компаний по сравнению с венчурными инвесторами.

В Латвии как таковой организованной программы бизнес–ангелов не было. При этом на рынке есть компании, которые развились благодаря именно частным инвестициям. Со следующего года инвестиции бизнес–ангелов будут поставлены на поток. Впрочем, проекты есть уже сегодня, но, по мнению наших экспертов, они пока далеки от тех, какие бизнес–ангелы хотели бы видеть впредь.

Нет команды — нет бизнеса

— Так в чем же беда первых проектов?

Айва Виксна: — Самая главная проблема первых проектов заключается в том, что в них нет бизнеса. У нас, бизнес–ангелов, большой опыт, и мы видим это сразу.

— То есть на свою менторскую программу вы авторов этих проектов тоже не пригласили бы?

А. В.: — Здесь есть большая разница. Менторская программа предусматривает в основном обучение — на целый год мы берем молодых предпринимателей под свою опеку, учим их, работаем с ними, подсказываем. Ментор вкладывает свои знания в человека, а бизнес–ангел вкладывает свои деньги в конкретный бизнес. И понятно, что перед тем как вложить деньги, он скрупулезно этот бизнес–план рассматривает. "Ангел" приходит в компанию как совладелец, и поэтому он смотрит на бизнес с точки зрения его прибыльности. Причем не как заработать деньги через 10–20 лет, а как получать прибыль уже через 1–2 года.

Наталья Яковлева: — Ситуация с уже имеющимися бизнес–планами такова: есть проекты неплохие, но большая часть из них высокорискованны.

— Но ведь это же хорошо: как правило, чем больше риск, тем больше и прибыль?

Н. Я.: — Инвестор вкладывается не только в идею, он вкладывается в идею плюс команду. Он должен четко понимать, кто будет отрабатывать эту идею. Если это команда профессионалов, которая вместе уже пуд соли съела, — это одно. А если команды нет, а есть только желание, то, говоря языком математики, это то самое необходимое, но недостаточное условие для того, чтобы эта идея была реализована. Поэтому мы и сочли эти проекты высокорискованными — мы просто в них не верим. Были идеи очень и очень неплохие с точки зрения бизнеса и даже стопроцентно попадающие в нужную свободную нишу, но это были идеи легко копируемые. И жизнь в итоге показала, что буквально через месяц после того, как идеи были поданы нам, их реализовали более опытные структуры, давно работающие на рынке. А все почему? Просто эти идеи висели в воздухе.

— Вы сами верите, что вообще появятся такие бизнес–проекты, которые способны заинтересовать бизнес–ангелов? Ведь гонка за талантами и хорошими идеями сегодня происходит по всем фронтам.

А. В.: — Ни у кого из шести человек — основателей ассоциации бизнес–ангелов — нет никаких сомнений в том, что хорошие идеи будут. На самом деле мы не требуем ничего сверхъестественного — нам всего лишь нужны бизнес–планы, которые будут работать.

Н. Я.: — Более того, мы готовы подсказать авторам бизнес–планов, как лучше их "причесать", подчеркнуть свои преимущества, как коротко и сжато донести суть идеи, найти ее слабые места. Вполне может так получиться, что если идея в целом хорошая, но сыроватая, то после общения с нашими экспертами проект может быть доработан или улучшен.

И миллион — не проблема

— Принцип работы бизнес–ангелов очень схож с тем, как работают венчурные фонды. В чем же принципиальное отличие?

Н. Я.: — Если разбить финансирование по степеням риска, то на первом месте будет графа "Семья, друзья, родственники" — это те, кто готов вкладывать деньги, веря в ясные глаза своего друга–родственника–знакомого, задумавшего бизнес. А уже следующая стадия — это бизнес–ангелы, потому что они готовы не только вложиться деньгами, но и помочь советом, поделиться опытом, подсказать, направить в нужное русло. Третья стадия — это венчурные капиталисты, которые могут быть вообще не связаны с бизнесом, например работать хирургами, зубными врачами, бухгалтерами. Это состоятельные люди, которые вкладывают только деньги, но не свой собственный опыт.

А. В.: — Есть еще одно важное отличие. Венчурные капиталисты, как правило, готовы инвестировать в проект большие суммы — 100 тысяч и более. А для бизнес–ангелов сумма не важна — это может быть всего 10–15 тыс. латов.

— А если речь идет о проекте ценой в миллион? Отправите в венчурный фонд?
А.В. — Нет, конечно. Мы рассмотрим проект, но такие большие деньги нужно будет консолидировать. Для этого нередко используется тандем венчурных капиталистов и бизнес–ангелов. Я как доверенное лицо могу представить проект перед венчурным капиталистом.

Такая схема хорошо работает в банках: если в компанию вложил свои деньги инвестор с опытом работы 10–15 лет, с хорошей кредитной историей, то это совсем другой уровень.

— Какова философия бизнес–ангелов?

Н. Я.: — Суть такова. Бизнес–ангелы — это люди с опытом, которые не вовлечены 24 в сутки в свой основной бизнес. Кто–то из них, возможно, уже продал свой бизнес, кто–то отошел от управления, но при этом не потерял интерес. Это люди, которые не готовы жить субстанцией бизнеса, дышать ею 24 часа в сутки. При этом "ангелы" верят в молодое поколение. В этом плане мы с Айвой типичные бизнес–ангелы. И при этом готовы рискнуть, ведь это потрясающая жизненная игра. Бизнес–ангелы готовы помочь, подсказать, подтолкнуть, развить идею, добиться результата не столько для себя, сколько для этого молодого поколения. В этом есть определенная доля меценатства. Это не значит, что все тут же начнут заниматься благотворительностью и разбрасываться деньгами направо и налево, а молодые предприниматели будут их бесконечно тратить. Сам процесс создания чего–то с нуля многим бизнес–ангелам напоминает то время, когда они сами начинали бизнес, но у них не было возможности с кем–то посоветоваться.

Смотреть в одном направлении

— Какова будет процедура рассмотрения заявок?

— Н. Я.: — Она сейчас как раз дорабатывается и уточняется. Все проекты, которые поступают к нам, будут презентоваться в виде биржи. Поиск проектов будет проходить через СМИ. Сам механизм будет запущен буквально в течение двух–трех месяцев.

А. В.: — Программа бизнес–ангелов в чем–то схожа с менторской программой: есть прием заявок, начало конкурса, финал, промежуточные этапы. Главное — создать систему и фактически поставить процесс на конвейер. И все равно, пока нет жестким процедур, мы уже принимаем проекты. Нам не нужен бизнес–план на 20 страниц, хватит и 5 листов. Главное — чтобы мы почувствовали бизнес–идею. Кроме этого, нужны CV и команда, которая будет работать. После того как рассматриваем проект, мы приглашаем его авторов на презентацию — нужно уложиться в 10 минут, следующие 10 минут отводятся на вопросы. После этого совет ассоциации принимает решение.

— А если проект понравился одному члену совета, а все остальные против?

А. В.: — Нет проблем. Если проект понравится мне лично, я могу и заниматься им лично — это же мои деньги и мой риск.

Н. Я.: — Каждый из нас чувствует себя компетентным в какой–то области. Кто–то может заинтересоваться автомобилями, кто–то — сервисными услугами, а кто–то — рыночной торговлей.

— Вы будете консультироваться со специалистами–отраслевиками, чтобы понять тонкости и нюансы проекта?

Н. Я.: — Обязательно! Как правило, начинающие предприниматели буксуют на этапе рынка — они плохо понимают, на кого они работают. А здесь даже не нужны консультации специалистов конкретной отрасли. Потому что мы сами с помощью 5–7 заданных вопросов понимаем, что идея, может быть, и неплохая, но оторвана от конкретной реальности или завтрашнего дня.

— После того как идея одобрена, что дальше?

А. В.: — Схема работы схожа с той, по которой работают венчурные капиталисты. После первичного одобрения проекта мы начинаем рассматривать его очень подробно — тут уже все шутки в сторону! Мы смотрим на бизнес именно как на бизнес, изучаем договоры и прочие документы.

Н. Я.: — Инвестор становится совладельцем этого бизнес–проекта. Он не требует никакого залога, он становится участником всего этого процесса. Процент совладения не превышает 40%.

А. В.: — У нас были случаи, когда нам предлагали бизнес–идею, но при этом ее автор готов был стать только исполнительным директором, а нам предлагал вложиться в эту идею на 100%. Но позвольте, это же не только моя, это наша общая ответственность за этот бизнес. Если ты сам не хочешь ответственности, мне сразу становится интересно: а почему, собственно? Значит, что–то не так? Это ведь не просто вложенные деньги, это нечто большее. В наших мыслях не должно быть несостыковок, мы должны думать и действовать с автором идеи на одном уровне, ведь мы создаем совместный проект и будем в нем вместе 4–6 лет. Нужно ли говорить, что даже ценности у нас должны быть общие, в противном случае мы не сможем работать вместе.

— Но ведь с ценностями молодые предприниматели могут и подстраховаться и даже подстроиться под вас?

А. В.: — Могут, конечно, но и мы в бизнесе не первый день.

Н. Я.: — Мы это обязательно заметим. К нам поступил очень хороший проект, и первая реакция инвесторов была: "Отлично, мы беремся"! Потому что идея классная и ниша на рынке не занята. Но когда мы посмотрели бизнес–план, схватились за голову. В графе расходов — аренда шикарного офиса, покупка шикарной мебели и прочая роскошь. Вот они — ценности! При этом сам бизнес не требовал какой–то особой презентации, когда нужно показать свою солидность, с клиентами там предусматривалось виртуальное общение. Но вот это желание с первого же дня жить в комфорте, причем за деньги инвесторов, — это моментально охладило желания многих инвесторов.

— Но, может, ценность самой идеи была все же выше этого недоразумения?

Н. Я.: — Недоразумение стоимостью 300 тыс. латов? Ничего себе!

А. В.: — Недавно у нас была встреча с министром Иной Гуделе, и она тоже была предпринимательницей. Начинала она бизнес в своем собственном доме, со своим домашним компьютером. Это просто мышление предпринимателя — купить новый "мерседес" или вложить деньги в компанию.

Н. Я.: — Когда ты смотришь этим молодым людям в глаза, то задумываешься, что им важно сегодня. Это совершенно не значит, что они должны быть такими же, как мы. Более того, они не должны быть такими же, как мы. Я совершенно влюблена в эти новые технологии, которые они осваивают с пеленок. Они гибкие в мышлении, быстро все схватывают. И здесь может быть интересная комбинация между нашим традиционным поколением, воспитанным жизнью и учебниками, и между новым поколением, которое создает само себя благодаря бешеным информационным завихрениям и этому информационному потоку, в котором они живут.

Свободных ниш достаточно

— Легко ли будет убедить "ангелов" вложить в проект деньги?

А. В.: — Все будет зависеть от готовности бизнес–плана, от готовности команды и самой бизнес–идеи. Весь процесс от А до Я может занять от полугода до года. Само рассмотрение будет проходить очень быстро, но результат будет зависеть от голосования. Убедил — за тебя проголосовали деньгами. Не убедил — иди думай, в чем твоя проблема и в чем ты недоубедил инвестора. Знаете, что еще важно? Все инвесторы отмечают, что мало написать хороший бизнес–план. Важно, чтобы у предпринимателя, образно говоря, глаза горели, был азарт, бешеный драйв. Он так должен страстно хотеть этот бизнес, и этот азарт должен передаваться всем вокруг.

— Какие проекты с большой долей вероятности получат финансирование, а какие точно могут ни на что не рассчитывать?

А. В.: — Нас интересуют любые отрасли и любые направления. Сегодня есть такие большие возможности для начала своего бизнеса, которые в 90–х годах были немыслимы.

Н. Я.: — Есть очень важный нюанс, и я бы сразу хотела о нем поговорить. Нельзя, сидя дома и глядя в потолок, вдруг придумать какую–нибудь замечательную идею стоимостью полмиллиона и пойти к бизнес–ангелам просить под нее денег. Такие фокусы, скорее всего, не пройдут. Вряд ли найдутся желающие рискнуть полумиллионом и дать их человеку, который в бизнесе пока полный ноль. На Западе, если ты приходишь за кредитом в банк, самое главное для тебя — это твоя кредитная история, насколько ты вовремя оплачивал счета и погашал свои кредитные задолженности. Это самое ценное, что у тебя есть.

В нашем случае самое ценное — это твой жизненный опыт. Классический пример. Даже если ты домохозяйка и сидишь дома с маленьким ребенком, у тебя нет возможности заниматься крутым бизнесом, но ты печешь потрясающие ватрушки, от которых приходят в полный восторг все свои друзья и родственники, то это уже полдела. Ты договариваешься с офисом, который расположен в двух кварталах от тебя, и узнаешь, когда у сотрудников время чая или кофе. Ровно к 11 часам ты приносишь корзинку горячих ватрушек, от которых все служащие приходят в полный восторг.

Это твои первые шаги в предпринимательстве, и они ценятся больше, чем блестяще написанный бизнес–план, составленный суперспециалистами. А все почему? Потому что четко видна твоя целеустремленность и твои намерения.

Потому что сегодня ты обслуживаешь один офис, завтра ты привлекаешь соседку, которая помогает тебе в этом процессе. Следом ты привлекаешь племянника, который помогает тебе доставлять эти ватрушки, а потом ты добавляешь какие–то новые рецепты, узнаешь у клиентов, что им больше нравится, учитываешь их вкусы. Такой, казалось бы, мизерный опыт дорогого стоит — это сильно характеризует человека.

У меня есть еще два потрясающих примера. Моя дочка учится в США, и у нее есть однокурсники, которые придумали свой бизнес. Представьте себе США, где, казалось бы, есть абсолютно все. И попробуйте там сегодня открыть свой бизнес. Кажется, что на Луне проще открыть бизнес, чем в США. Тем не менее двое ее знакомых молодых человека этого не испугались. Один из них открыл бизнес по продаже футболок.

Опять же вдумайтесь: Америка и футболки! Да Америка просто забита футболками лет на 50 вперед. Он придумал интересные рисунки для футболок с каким–то симпатичными надписями и выставил в Интернет. Начал с нуля, у него не было никакого стартового капитала. За первый год сделал оборот 200 тыс. долларов. И это на футболках с США! Другой однокурсник купил франшизу — передвижную парикмахерскую для собак. На своем бусике он приезжает к домам, где держат собачек, и в этом бусике моет этих собак, причесывает, стрижет. Буквально за 10 месяцев он достиг точки безубыточности в своем маленьком бизнесе.

И есть третий пример. Однокурсница моей дочери очень хорошо рисовала. Она придумала образ некой женщины, дала ей имя, придумала биографию и начала рисовать ее пером на открытках. Причем в разных ситуациях — открытки с Рождеством, с днем рождения, с именинами. Она придумала интересные надписи, заложила интересную философию, высказывания знаменитых людей. Девушка раздала эти открытки в книжные магазины, и в прошлом году она признана лучшим молодым предпринимателем США. То есть иллюзия о том, что, дескать, сегодня все забито, не работает! Ничего не забито. Ниш столько, что мы просто себе не представляем. Так и в нашем случае: нет никаких ограничений, кроме глупости и откровенного шапкозакидательства.

— Говоря о сроках, как долго бизнес–ангел выступает совладельцем проекта и принимает ли он участие в управлении компанией?

А. В.: — Это зависит от бизнеса и команды. Если команда очень профессиональная, то я, возможно, не буду вмешиваться в управление. Но если команда еще не готова, тогда обязательно буду помогать создать команду.

Н. Я.: — Когда бизнес–ангел решит выходить из бизнеса, зависит от разных ситуаций. Все очень индивидуально. Чем и интересна структура бизнес–ангелов — она очень гибкая и в ней нет жестких ограничений.

— У венчурных капиталистов довольно высокий процент неудач. Не боитесь этого?

А. В.: — Нисколько! Мы знаем, что в среднем статистика такова: на десять проектов один будет удачный, два–три — нормальные, а остальные — так себе. Мы готовы к этим правилам. Бизнес–ангел — это, как правило, серьезный инвестор, который не переживает по поводу того, будут завтра прибыли или нет. Нам важнее, что будет с бизнесом через год–два.

Н. В.: — Мы встречались с бизнес–ангелами из Дании, и они рассказывали, что первые пять лет у них было много провальных проектов. Для нас ведь это тоже опыт. Я уверена, что энтузиазма от этого не убавится.

Бизнес–ангел и нужен для того, чтобы рассмотреть перспективную идею. И в случае успеха — пить хорошее шампанское!

↑ Наверх